Тайны Эльфигории [СИ] - Петр Блэк

class="p1">— Ладно, пора двигаться дальше, — произнес Рене и кивнув в кромешную тьму, схватил лопоухого за руку. — Ещё не хватало, что бы ты потерялся в Моа, в мире тёмных эльфов, где на каждом шагу подстерегает опасность — длинные туннели, острые камни, ползучие твари, — задрав нос, после небольшой паузы, он договорил, словно выпуская пар из ноздрей, — и, конечно же — Эхор.

Скрипя под ногами мелкими камушками, путники взбудоражили спокойствие подземелья. Откуда-то неподалеку раздались странные шорохи, скрипы и шуршания. Складывалось впечатление, что это какие-то кошмарные чудовища, поднявшись из преисподней, незаметно следуют на ними.

Вскарабкавшись по пологому склону, а затем по ступеням, Рене и Шантайк оказались в огромном зале, который освещался лишь светом, проникающим сверху через круглое отверстие. В центре на высоком постаменте стояла статуя, у которой проглядывались через мантию женские округлости. На голове сияла остроконечная корона из горного хрусталя, переливаясь радужными бликами. Руки у скульптуры были слегка приподняты и устремлены ладонями вверх.

— Это Нэя, нуари земли. Ей поклоняется мой народ! — произнес Рене. — Она хранительница нашего мира и Ториэля. Мы находимся в храме нашей матери… — оглядевшись по сторонам с беспокойством в голосе, договорил, — Странно, что никого нет. Скорее всего, все забыли это место, которое является обителью души, для народа тёмных эльфов…

— Т-твою Богиню! — залюбовавшись величественной статуей, вымолвил Шантайк и высвободил рывком свою руку.

— Нет времени! Нужно поторапливаться, пока нас не заметили, — странник вновь схватил за руку гремлина и повёл его через зал в направлении выхода. Открыв створу и пройдя под аркой, они оказались в туннеле ведущем в темницу. Преодолев ловушки и подъёмы, вскоре они увидели колеблющиеся красно-оранжевые языки факелов, которые освещали чёрную гладкую дверь. Отпустив Шантайка, Рене подбежал и дёрнул за ручку, за которой последовал звук механизма. Скрипнув, дверь подалась внутрь темницы, с другой стороны которой послышался страшный рык. Когда створа распахнулась полностью, Шантайк округлив глаза судорожно сглотнул, брови от ужаса взметнулись вверх. Прямо перед ними стоял полыхающий изнутри зловещим пламенем изверг. Ощетинившись выпирающими из тела костями и выпустив из пальцев, отточенные, как кинжалы, когти, он приготовился к нападению.

Странник не растерялся, зарядив арбалет отравленной стрелой, тут же произвёл выстрел. Наконечник с глухим стуком вонзился прямо между глаз монстра. Изверг мгновенно забился в агонии, отчаянно извиваясь и хватая пастью воздух, рухнул замертво. Рене вытащив стрелу, перезарядил оружие и перешагнув дымящееся тело, напомнил другу:

— Я же говорил в моём мире опасно. Так что будь всегда начеку и смотри в оба! А лучше держись рядом со мной. Понял? — Нагнувшись, странник принялся разглядывать неведомое ему существо, — Интересно! И много здесь таких? Кто же породил тебя… — Ну ты понял меня, да? — уже выпрямившись, повторил он гремлину.

Дрожа от пережитого страха, Шантайк съежившись на месте, согласительно кивнул.

На высоком потолке коридора мерцали свечи в люстрах, которые подобно груздям винограда неподвижно весели на цепях. Под ногами хрустели мелкие кости, вперемешку с пылью и камнями. Спёртый запах удушливой петлёй заставлял время от времени откашливаться. По правую руку тенью отсвечивались толстые, гранёные прутья камер. На мгновение Рене замер, не обратив внимания на реакцию друга, Шантайк пошагал дальше, но рука странника остановила его.

— Тише, — прошептал он лопоухому. — Слышишь…. Впереди, кто-то тяжело дышит.

— Хм… Ничего не слышу, — повертев головой, гремлин пропустил друга вперёд. — Ничего….

— Будь осторожен!

Шантайк ничего не ответив, последовал за Рене.

В полумраке решётки отсвечивались полосками тени. Неожиданно, из камеры напротив раздался тяжкий, измученный страданиями стон. Странник пригляделся и увидел прикованного к стене титана, который склонив голову глубоко дышал.

— Кто здесь, — еле ворочая языком, произнес исполин. Приподняв голову и жмурясь от света, он попытался разглядеть силуэты напротив. — Кроме извергов здесь никого нет. Отстаньте! У меня нет больше сил, носить чаны! — из последних сил прокричал с надрывом титан и опустил голову. Я Этрис!

— Будь спокоен пленник, мы не изверги. Я Рене, а это Шантайк!

— Рене! — Этрис вздрогнув, воодушевился. — Неужели! — Лицо исполина растеклось в улыбке. — Ты вернулся домой? Ты же брат Энтэмариуса!

Пошевелив бровями, странник ровным голосом ответил:

— Я дома.

— Освободи меня! И я помогу тебе. — Прижав затылок к влажной стене, титан зазвенел цепями. — Эти оковы лишают меня силы!

Подойдя к замочной скважине, Рене вытащил из колчана обагренную кровью изверга стрелу и засунул её в отверстие замка. Старательно повертев в разные стороны, он нащупал наконечником блокирующий механизм. Сосредоточившись, странник открыл решётчатую дверь. Войдя в комнату вместе с Шантайком, они принялись освобождать Этриса. Но все попытки оказались безуспешными, пока лопоухому не пришла мысль использовать завалявшийся в рюкзаке флакончик с кислотной кровью ядовитых ящеров. Капнув поочерёдно по несколько капель на оковы, жидкость прошипев медленно освободила исполина.

— Получилось! — радостно воскликнул Рене.

— Дааа, — самодовольным тоном подтвердил Шантайк.

Расправив плечи, Этрис, раздвинул дверной проём клетки и выбравшись наружу, склонился над освободителями. В голосе исполина слышалось уважение и в то же время необъяснимая тревога:

— Спасибо друзья! Хочу открыть вам одну тайну! Хм… — задумавшись на секунду и взглянув на странника, он продолжил, — Слушай… Изверги, это твой народ! Сила магнамара и магия хаоса извратила их. Уничтожь Эхора! Отомсти за своих. Я помогу тебе в этом, истинный владыка Ториэля и искуплю свой позор верностью тебе.

— Договорились. Веди нас к чародею! — достав золотую стрелу, Рене прищурив глаза, в мыслях уже всё решил.

Оставив позади темницу, они поднялись по широкой лестнице на ярус выше и оказались на нижнем этаже замка. Пустынный зал, некогда наполненный подземными жителями, выглядел мрачновато и веял холодом. Окна были закрыты ставнями, единственным источником света являлся парящий в центре огненный шар — око чародея. Рене мельком взглянув на него проговорил:

— Теперь он знает о нас.

И в тот же миг в зал со всех сторон ворвалась сотня извергов, которые оскалив пасти, не сговариваясь между собой, подобно удавке, медленно смыкали кольцо. Страшный рык разрывался в нижнем этаже зала, но неожиданно все монстры притихли. Расступаясь в застывшем молчании, изверги уступили дорогу Эхору. Глазницы чародея полыхали пламенем, в правой руке он держал посох, а в левой трёхголового цербера. Приблизившись на десяток шагов к непрошеным гостям, он заговорил с ними неистовым звонким голосом:

— Здесь вы обретёте смерть! — отпустив цербера, он вознёс посох, дав сигнал к атаке.

Этрис не дал попытки адскому псу нанести ему смертельные раны, а поймал его за шипованный ошейник и ударил со всей силой об пол. Заскулив в последний раз, прихвостень чародея замолк навсегда.

Свора извергов, размахивая раскаленными когтями приближалась. Увидев смерть цербера, Эхор